Яндекс.Метрика
Меню пользователя
Написать статью Добавить видео Регистрация

Заказать баннер

Распетанно с сайта республика-саха-якутия.рф

Выжить в Арктике

20 ноября 2016
1062 просмотра
     


    Выжить в Арктике

    Под килем — 2 км воды, и вокруг на тысячу верст — никого. Только льды, медведи и редкие чайки. Этот репортаж о том, как выжить в океанских штормах, познать себя и вернуться на сушу уже другим.

    Выжить в Арктике

    Выжить в Арктике

    Граждане Арктики делятся на две неравные категории: это профи и чайники, как в автовождении. Деление условное, ибо и чайник может стать профи. А вот наоборот — никогда. Тот, кто хлебнул пьяного ветра высоких широт, кого качает на суше, кто ценит дружбу выше рая на берегу, — тот не сменяет высшую лигу.
    Чайники качаются на бортах атомоходов с лифтами тысяч за тридцать долларов в неделю: дошел до полюса, хлебнул шампанского, сделал селфи и назад. Профи не сходят с бортов ледокола по году.

    Выжить в Арктике

    Мы выберем вариант промежуточный. Мы пойдем с профи, но на месяц. Ну на полтора — от силы. Этого хватит. Или вы потребуете эвакуации через неделю и вас будут перегружать в клетке на встречный пароход, идущий в порт… Или вы научитесь пить чистый спирт и закусывать его строганиной из муксуна или нельмы (хотя это можно попробовать и в столичном ресторане «Экспедиция» долларов за триста). И перестанете изумляться сами себе, когда обнаружите себя на мостике в шторм ведущим степенную беседу со старпомом, а морские черти будут выть, волны крушить все вокруг, салага вахтенный все косить на вас глазом и косить.

    Море не любит дешевок. Понты срывает ветром, как крышу, и уносит куда-то к Новой Земле

    Здесь человек проявляется за полнедели, за пару штормов, за десяток вахт, он виден в том, как ждет телеграмм, и понятен, когда не ждет. Море лечит и душу, и тело, ну а кого не ждут нигде и кто сам уже не спешит, кто созрел или, наоборот, махнул на себя рукой, того волна приберет, и приголубит, и упокоит.
    Чтобы подняться на борт атомного ледокола в Мурманске, нужно пройти контроль спецназа. Особого, из охраны атомных объектов. Мимо них не проскочишь, при них не пронесешь. Особенно спиртное.
    — Вы сколько водки с собой планируете? — спросил старпом.
    — А можно?
    — Нельзя.
    Помолчали.
    — Так сколько?
    — Понял. Ну, ящик...
    — Берите три. Оформим как диппочту.
    И я не стал узнавать, что за посольства мы встретим на Севморпути. Атомный секрет!

    Выжить в Арктике

    Выжить в Арктике

    Как провожают пароходы? Так, что стонет в груди подмокшая душа разбитой трехрядкой, так, что ты вдруг начинаешь верить, что тебя любят и ждут — и обязательно дождутся.
    Четыре часа по Кольском заливу до океана. И вот с ударом первой волны в красный борт ледокола, когда подпрыгнет под потолок рюкзак и весь земной скарб вдруг развеется по каюте, ты пожалеешь, что пошел. Следующие сутки ты будешь лежать и тебя будет мутить от запаха и вида еды. Но потом, слабо улыбаясь, не веря, что выживешь, ты дойдешь до камбуза, держась за борта, и — о чудо! Уничтожив две миски духовитого наваристого борща с чесноком и пампушками, через час, стыдясь, ты придешь обедать еще раз, со второй сменой, и никто не подаст вида, что считает тебя халявщиком и сачком.

    Выжить в Арктике

    Еще через два дня ты будешь с усмешкой вспоминать, как валялся кулем, а ветер и волна были всего-то четыре балла. И ты встанешь на вахту в семь и восемь баллов, хотя ты гость и не обязан. Но не сядешь же крысой в углу, пока команда борется за жизнь? Ты встанешь и забудешь про страх.
    — А ты мореман! — невзначай скажут тебе, когда уложится волна, и ветер свернется кошкой у ног, и океан будет баюкать пароход в своих широких ладонях.
    И вот тут не расплачьтесь, какого бы пола вы не были.
    Всё. Вы никогда не вернетесь к себе. Вы сойдете на берег другим, пусть и похожим на себя прежнего.

    Выжить в Арктике

    Что вам московские кафе после тиксинского кабака «Севера», где ни разу, ни одного вечера за последние 64 года, не обошлось без драки?
    Что вам съемная двушка в Митине, когда вы кормили сгущенкой белых медведей?
    Что вам порядок и субординация, когда вы помните, что солнце не заходит никогда?
    И что вам ОРВИ, когда вы стояли голым на палубе после корабельной бани и целых десять минут не замерзали на лютых полярных ветрах в –15 °С?
    Представьте: под вами пара километров воды, и вокруг на тыщу верст — никого. Только льды да медведи, только кресты по берегам, и отстали от вас даже чайки.
    И ширь безбрежная, и синь, и воля, втиснутая в распорядок дня, и ограниченная лишь морским уставом.

    Выжить в Арктике

    Выжить в Арктике

    Что вам все хартии мира? Ими брезгует моль.
    Что вам своды законов? Их снесли антикварам.
    Только ты, каков ты есть, и сто человек на борту. Не скрыться, не скрыть. К черту Дали, Ионеску и Бунюэля вместе с Кокто! Экзистенция — это здесь.
    Добро пожаловать в безвременье!

    Без дела в море тоскливо. Почти невозможно. Поэтому и делится жизнь на борту на вахты: четыре часа — вахта, четыре — подвахта, четыре — отдых. Потом все по новой.
    — Какие выходные, Вася?! Дома отдохнешь...
    Время в море тоже особенное — среднекорабельное. Отличается от московского на три часа. И так весь рейс. Допустим, за бортом море Лаптевых, Якутия, и время разнится со столичным часов на семь, а на пароходе — без изменений.
    Конечно, гайку сворачивает. Что полярной ночью, что полярным днем. Потом понимаешь, что время — это условность, его просто нет. Оно нужно в Москве — от закрытия и до закрытия магазинов.

    Выжить в Арктике

    — Давление повышено, — судовой врач-армянин убрал тонометр. — Примите таблетки, впереди остров Белый.
    — Что такое остров Белый?
    — Почувствуете. Мало кто не чувствует.
    Карские ворота, пролив Вилькицкого, остров Белый — да, я почувствовал.
    Резкой болью полыхнули виски, и кто-то безжалостный начал пилить ржавой пилой голову — от сих и до сих. Что там болезнь Пилата — гемикрания, она же мигрень! Это было пострашнее.
    Как, девочки? Так, что хотелось то ли броситься за борт во льды (но ведь и прокуратор малодушно помышлял о смерти), то ли позвонить по спутниковому телефону ей. Ей, которой звонить бы не надо.

    Я понял, отчего так неразговорчивы моряки, когда спросишь о видениях и иных аномалиях моря. Расскажешь правду — сдадут в психушку

    — На, прими шило.
    — Я завязал.
    — Пей, чудик! — вахтенный протягивал стакан, на треть полный спиртом. — Или тебя не накрыло?
    Кстати, позвонить я не мог все равно — в момент отрубило всю связь на борту, и огромные звезды полоскались в сетях антенн и кутались в блеклый саван северного сияния, и трубили сирены, и хохотали черти, и в пятки валилась душа.
    Зов моря — он есть. Просто поверьте, и не надо никаких наук — просто в белом плаще с кровавым подбоем, шаркающей кавалерийской походкой, пятый прокуратор Иудеи всадник Понтий Пилат...
    Я понял, отчего так неразговорчивы моряки, когда спросишь о видениях и иных аномалиях моря. Расскажешь правду — сдадут в психушку
    … А мы шли и шли, шлепая плоским дном по торосам. Ревели обе турбины, дрожала надстройка крупнозернистой дрожью. Мы разгонялись, выбрасывались на лед и скользили стотонной махиной по инерции метров триста. Потом пятились в полынье, разгонялись опять и снова выбрасывались. И так двое суток.
    Четыре километра в час.
    Лед смыкался грубым швом за кормой за семь минут.
    Синий свет, зеленые звезды, тяжелые льды.
    Вахта, подвахта, сон.

    Выжить в Арктике

    Цифровая камера работает при –12 без ветра. При –13 — все.
    Пленочный автомат держится пять минут на –40. Что делать?
    И на свет извлекаются старые добрые хлопушки, допотопная механика. Но она работает всегда и везде. В пустынях, в горах, во льдах и окопах. Километры пленки, десятки кассет. XXI век.
    — Мне скучно, бес!
    — Что делать, Фауст...

    Ночью я проснулся оттого, что встал в койке вертикально. И в следующую секунду рухнул плашмя, задрав ноги к потолку

    Моряки суеверны. Здесь за борт не плюют, отходы в море не кидают, мусор сжигают на корме. И пара-тройка чаек, видимо, поклявшись нас не бросать, все барражируют за кормой и кричат, кричат, боги мои, боги, как жалко они кричат, эти чайки!
    Ночью я проснулся оттого, что встал в койке вертикально. И в следующую секунду рухнул плашмя, задрав ноги к потолку.
    И обратно.
    Бортовая качка! То, чего боятся и бывалые моряки. По каюте летали апельсины — взял пару с камбуза на ужин.
    Я перевалился через бортик койки и пополз наружу. О, боги!
    Океан швырял атомоход как щепку, и вокруг гуляли, как хотели, огромные зелено-черные валы.
    Палуба то уходила из-под ног, то била наотмашь.
    — Восемь баллов, как заказывали! — бросил мне старпом, когда я дополз до мостика.
    — Ты о чем? Кто заказывал?

    Выжить в Арктике

    Оказывается, это мой видеоинженер, сапог сухопутный, так расчувствовался, утюг, видами заката, что вслух помечтал на вертолетной палубе, которая служит площадкой для обязательного, как в тюрьме, моциона:
    — Эх, красоты какие! Еще бы штормец балльчиков в восемь испытать!
    От него шарахнулись, как от чумного. Хуже, по морским законам, было бы только помочиться за борт.
    И вот через 45 минут близ Новой Земли, которая и не земля вовсе, а «естественный полигон», где нельзя приставать к берегу, ловить рыбу, фотографировать, брать замеры воды, почвы, атмосферы и т. д. и т. п., нас и догнали искомые восемь.
    Видеоинженера спасло от расправы лишь то, что он забился в какую-то щель близ реактора и вылез через сутки.
    А мы утюжим и утюжим, и спасти нас могут только льды, которые мы ломаем собой — на чистой воде плоскобрюхим ледоходам тоска...
    Вы в самом деле хотите мистики? Извольте.

    Выжить в Арктике

    В дельте Лены, близ брошенной в тундре трехкилометровой железной взлетно-посадочной полосы дальней авиации, где крутится волчком компас, не зная покоя, мы встали на ночлег — уже на другом пароходе, не атомном.
    — Не спи подольше, — бросил мне капитан. — Может, и увидишь… Ночь подходящая...
    В девять вечера ко мне в каюту ворвался оператор Белов.
    — Скорее! — выдохнул он.
    В одном кроссовке я вылетел на палубу.
    Луна.
    Серебро на воде.

    — Здесь часто видят НЛО, — сказал капитан. Я знаю, что мы видели. Сказать?

    Розово-зеленая полоса протянулась между берегами. Свилась в круг. Опустилась к головам.
    Заиграла, заискрила, замигала рождественской елкой
    — Иди! Ну иди, глупый! Ты же устал, правда? Ты хотел отдохнуть? Так иди сюда, слабый человек! Скорее… Скорее...
    Вокруг горели звезды в кулак, внутри была пустота и чернота. Именно пустота.

    Выжить в Арктике

    Звук. Будто тысяча невидимых и далеких шаманов камлали, и били в бубны, и дули в трубы. Мы слышали их, просто поверьте.
    Круг опустился ниже и затеял вокруг нас безумный и красочный хоровод.
    Ужас сдавил душу ледяным кулаком, а пустота манила, манила, шептала:
    — Глупый! Иди...
    Так пели сирены. Еще секунда — и я бы нырнул в эту бездну, то ли камнем пойдя ко дну, то ли стрелой вонзаясь в небеса.
    — О господи! Не сейчас! — шепнул неверующий монтажер.
    И все рассыпалось, исчезло, погасло, заглохло.
    Да, и снова заработали три фото и одна телекамера, отказавшись снимать это в начале.
    Два дня ломило голову.
    — Здесь часто видят НЛО, — сказал капитан. Я знаю, что мы видели. Сказать?
    Слишком много вокруг психиатров...
    Скажу лишь одно: тунгусы верят, что радуга — это мост на тот свет… Боюсь, это знал и Пилат, ушедший однажды по лунной дороге.

    Морские ворота Якутии, порт Тикси, нынче невесел. Количество судов, приходящих в Якутию Севморпутем, несравнимо с прошлым. Соответственно, и в городе делать нечего. Погранзастава, солдаты которой каждую навигацию спасают наших и иностранцев, рискнувших сунуться в Арктику на яхтах, да аэродром Дальней авиации, похоже, только и поддерживают жизнь Тикси.
    Да кабак «Севера», где дерутся каждый вечер с момента открытия в 30-х… А как же? Портовый город, традиция...
    В Тикси не растет ничего, вообще ничего — ни дерево, ни кустарник. И здесь водка только дешевеет. Но наш путь дальше, вверх по Лене, и потом, через горную тундру, — до БАМа.
    Вы знаете Лену? Не ту с кудряшками… Ширина реки в ее среднем течении — десятки километров. И дельта больше, чем у Нила. Здесь подлинный северный рай, не испорченный человеком, здесь осетры тычутся в ладони, а корюшка размером до локтя. Здесь ветры играют с тобой, как котята, выпуская когти, и ягель целует подошвы. Здесь каждый встреченный — или друг, или враг, но никак не просто прохожий. Карабин СКС и 120 патронов на год — вот чем одаривает суровая Родина своих сограждан на Лене. И здесь редок беспредел — так, залетные барыги скупят за водку всю икру у тунгусов, да больше не сунутся.

    Выжить в Арктике

    Выжить в Арктике

    Выжить в Арктике

    Здесь промахов не знают. А прокурор далеко, а полиция… Чай, тоже люди, тоже не с Марса.
    — Вы откуда, ребята, такие хипповые?
    Забытое словечко резануло ухо. Веселый якут с удивлением рассматривал наши яркие куртки.
    — Путь до немецкой базы покажешь? — в свою очередь, спросили мы.
    — Сто тыщ давай — покажу, — без запинки ответил он.
    О том, что подлодки Третьего рейха бороздили Арктику, как балтийскую лужу, написаны книги. О том, что в 1942 году был бой в устье Енисея, когда советская батарея отогнала фашистский крейсер, объявлено официально.
    Что немцы топили полярные конвои и потеряли здесь за всю войну лишь пару лодок, знают немногие.
    О том, что в устье Лены, там, где дикая река разделяется перед дельтой на три рукава, была база Кригсмарине, подлодок адмирала Деница, на Севере знают все, а в Москве — никто.
    — Ну ладно, братан, давай шестьдесят, — парень еще на что-то надеялся.
    Камень. Это место называется Камень. Огромная скала режет реку на три протоки. На вершине — огромный крест из бревен. Кто их туда втащил — неизвестно. Стоит крест и молит небеса за всех, без вести сгинувших, несолоно хлебавших, покропивших водичку красненьким, какого бы роду-племени они ни были.
    Стоит крест и плачет.
    Не видны его слезы, не слышны его стоны — то ветер, лишь ветер, сынок, а не бесприютные души слоняются за бортом… Усни.
    Доказательств существования базы немного, но они есть.
    То бочку с солярой и маркировкой свастикой выкинет на берег, то скелет в форме СС обнаружат охотники.

    — Не суйся дальше, — сказали мне морские пограничники в Лиинахамари. — Еще никто не возвращался...

    Главное же — каждый год сюда, к Камню, приходит летом из Якутска пароход. На нем — увлеченные дайвингом немцы и австрийцы. Им хочется нырять только здесь, в Якутии, у трех проток.
    Что они ищут? Какие секреты спрятали здесь лихие немецкие подводники? Не за алмазами же, в самом деле, ходили они так далеко?
    Экспедиций, в том числе и телевизионных, было сюда немало. Но рейх умел хорошо прятать свои тайны. И за 15 лет исследований нашими подводниками во главе с Сергеем Ковалевым, каперангом, недавно покинувшим этот мир, удалось установить по крайней мере маршрут — от чудовищных штолен Лиинахамари, что в Мурманской области, и до сюда.
    Зачем? Руда.

    Выжить в Арктике

    Выжить в Арктике

    Говорят, урановая руда для секретных подземных заводов Лиинахамари, где сходятся русская, финская и норвежская границы.
    Я там бывал. На сопке там — Ленин. В Тикси на сопке — «Слава СССР!», маршрут не спутаешь.
    И штольни, что затопили немцы, уходя. Подземные ходы ведут на километры. Холод и ужас, и тени, и вода.
    — Не суйся дальше, — сказали мне морские пограничники в Лиинахамари. — Еще никто не возвращался...
    … А мы от Камня, от подтянутых немецких дайверов, шлепаем и шлепаем на буксире типа «река — море» все выше и выше по течению. Через 2000 км, под Жиганском, корюшка станет обычной. Но пока — стоянка в тундре. Пост метеорологов. 500 км вокруг — никого. Три семейные пары: две пожилые, одна — молодая.

    — Достала маета, — говорит Коля, молодой. — Вот и подруга об людей поушибалась, надоели люди, хуже волков.
    — А здесь?
    — А здесь — воля. Понимаешь? И ругаться не с руки...
    Старшие смотрят телевизор — «Первый канал». Не верят в происходящее и боятся возвращаться в мир. А у них на материке — дети...
    Ох, не боли, душа, хотя бы здесь! Здесь, где звезды близки, где бродит по тундре овцебык — везли зачем-то в Тикси 18 штук, да пара и сбежала по дороге. Здесь вместо кошек держат горностая — и в лютую стужу в кладовку для него приоткрыта дверь. Придет, поест, отдохнет… Зато крыс тут не видали.
    Тиха волна, горек дымок костерка, и наблюдает за нами из тундры росомаха. Ей смешно — странники, странные люди… Чего ищут, зачем ноги бьют?
    Я уснул в разнотравье. Духмяная тундра стелила мне постель, выстлала изголовье.
    И снилось мне, что буксирчик наш носит имя «Ной», и что меня любят и ждут, и больше никогда не предадут, и сам я никогда ни на кого не наступлю — особенно в этой траве, где так чист горизонт и прозрачен, так горек дым и так холодна вода...
    Покой. Вот что нашел я в тундре, на великой реке, под свинцовыми небесами, где на пять сотен верст — никого.
    Вы давно ощущали покой? Ведь карабин его не подарит...
    P.S. Кстати.
    Здесь невеста, якутка или сахалярочка, то есть полукровка, пополам несущая в себе кровь Востока и Запада, стоит пять обойм к СКС.
    Вот только в Москве ей будет тесно, душно и страшно. Придется переселяться в тундру вам...

    Автор: Игорь Воеводин

    Источник: moya-planeta.ru

    Похожие статьи:

    Тикси - суровый арктический оазис.

    Тикси - суровый арктический оазис.
     Из-за больших ограничений во времени, то мы в дороге, то заняты различными экспедиционными делами, то я с фотоаппаратом, мне зачастую не до блога. Поэтому, мои публикации несколько хаотичны и непоследовательны. Но тем не менее, я стараюсь записывать события и мысли на планшете, или на телефон, в зависимости от того что под рукой, что бы со временем к ним вернуться. На сегодняшний день, а у нас сейчас глубокая ночь 18 марта, часы показывают 23:45, мы стоим прямо на зимнике, в окне опять марево северного сияния и позади нас Тикси, финальная точка на...

    Неудачный визит. (Саскылах-Тикси)

    Неудачный визит. (Саскылах-Тикси)
    Утро оказалось погожим, солнечным и теплым. Мы встали, более-менее хорошо выспавшимися, что случалось в нашем перелёте не так часто. Собрали манатки, заехала глава администрации посёлка Васса Михайловна, и мы выдвинулись в аэропорт. По дороге тормознули и сделали снимки у стелы с названием посёлка....

    Остров Столб. Город Тикси

    Остров Столб. Город Тикси
     Пока мы приближаемся к острову Столб, хочется отметить ещё один большой остров, с которого формально начинается дельта Лены – Тит-Ары, что в переводе с якутского означает – лиственничный остров. Это самое северное место на реке Лене, где распространена даурская лиственница....

    Тикси, Арктика

    Тикси, Арктика
    Что я знал о Тикси до приезда сюда? — Практически ничего. Кроме общих географических понятий. Ну поселок городского типа, где-то в устье Лены, на берегу моря Лаптевых. Ну холодно там почти всегда, ну лед, ну снег, — ну так Арктика ж вроде!? И еще много всяких предположительных "ну"... Поехал я сюда в составе энтузиасткой дружеской компании летом 2008 года. У нас было очень интересное путешествие из Якутска в Тикси на круизном теплоходе Михаил Светлов (о чем когда-нибудь поподробней расскажу). Центральной точкой нашего путешествия и был...

    Река Лена на самодельном плоту 4

    Река Лена на самодельном плоту 4
     Часть 4. Подход к ТиксиПрошел Жиганск, я за полярным кругом и это чувствуется во всем. Стало заметно холоднее и тут понадобилась печка из банок, топлю ее почти каждый день прямо на плоту. Одежда не сохнет на воздухе и похоже это единственный шанс просушить ее. Как то резко перестала ловиться рыба и мне приходится ужимать паек. Ветер постоянно встречный, иду на водяном парусе, выматывает мошка и ограниченный паек, постоянно хочется есть.  ...

    Тикси. Живём, что бы умереть.

    Тикси. Живём, что бы умереть.
    Тикси — морские ворота Якутии. Тикси — форпост Северного морского пути. Тикси — некогда процветающий поселок городского типа на побережье моря Лаптевых. В Советские годы Тикси был процветающим поселком, приглашаю на фото экскурсию по Тикси сегодняшнему. Мой пост посвящается прежде всего тем, кто живет в европейской части России и постоянно жалуется на жизнь. ...
    Зарегистрируйтесь на сайте, и Ваши комментарии будут добавляться сразу, без модерации. Также вы сможете выставлять оценку другим комментариям.
    Комментарии (1)
    Наталья # 26 октября 2017 в 06:09 0
    Дивная красота, завораживающая, но как представлю. какой там холод, аж мурашками покрываюсь.
    Партнеры
    Информация

    Весь материал, представленный на сайте республика-саха-якутия.рф взят из открытых источников или прислан посетителями и авторами сайта. Материал используется исключительно в некоммерческих целях. Все права на публикуемые материалы принадлежат авторам. Если Вы являетесь автором материала или обладателем авторских прав на него и против его использования на сайте республика-саха-якутия.рф, пожалуйста, свяжитесь с нами через форму контактов.

    ПОЛИТИКА КОНФИДЕНЦИАЛЬНОСТИ

    Республика Саха Якутия © 2019