Яндекс.Метрика
Меню пользователя
Написать статью Добавить видео Регистрация

Заказать баннер

Распетанно с сайта республика-саха-якутия.рф

Якутский дневник. 14-20 Июля

1571 просмотр


    Якутский дневник. 14-20 Июля

    14 июля. 

    Тридцать первый день экспедиции. Наблюдения.

    Семейный уклад в простой эвенской семье, не так уж далеко ушёл от первобытного. Мужчина здесь охотник. Его забота добыть пропитание. Нет мяса в доме, ходит с чувством вины и неуверенности в себе. Притащил добычу в пещеру, всё, можно расслабиться, спать часов по двенадцать. Хозяйство не мужская забота, всё остальное на женских плечах. Женщине здесь всегда нужно быть в тонусе.

     

    Якутский дневник. 14-20 Июля

     Нет мяса в доме, надо что-то изобретать, как-то семью кормить. Есть мясо, и подавно работы невпроворот. Настя целый день резала мясо на лоскуты, солила и развешивала для просушки. Сушёное мясо здесь вместо колбасы и консервов. В промежутках этого длительного процесса ещё что-то успевала готовить, подметать пол, воспитывать Владика. Отдохнуть, совсем нет времени. Тут ещё Алик решил рыбы наловить. Поймал с десяток хариусов и опять на нары. А Насте пришлось остановить процесс с мясом и заняться рыбой. Не будет же охотник ещё и рыбу чистить. Не мужское это дело. А Настя, впрочем, и с лошадьми запросто управляется. И оседлать и верхом и всё остальное. Есть женщины в эвенских стойбищах.

    Якутский дневник. 14-20 Июля

    Якутский дневник. 14-20 Июля

    Якутский дневник. 14-20 Июля

    Сегодня с утра дует ветер. Все, кажется, вот-вот нагонит дождь, он потушит пожары, и снова окружающее пространство откроется и засияет. Но нет, ничего не происходит, продолжаем жить в сизом мраке. Это удручает, моя пейзажная коллекция никак не прирастает. Поход на Балаган-Тас уже, вероятно, не состоится. На 17-е запланировал покинуть Кытыл. Остаётся только наблюдать за жизнью простой эвенской семьи.

    Алик и Настя во второй половине дня отправились на ревизию. То есть нужно посмотреть, где пасутся лошади и все ли целы. Здесь три небольших табунка, примерно по 10 голов, которые свободно гуляют вдоль всей наледи. Лошади вольно пасутся только на неширокой безлесной полосе наледной поляны. В лес им идти не резон, делать там нечего. На левый берег тоже не пойдут, там тоже делать нечего. Зато вдоль реки по этой открытой полосе могут уйти довольно далеко, даже в другой конец Большой Момской наледи, Улахан-Тарына. А это около 25 километров.

    На ревизию едут на двух ездовых лошадях. Заодно сегодня дебют у рыжего необъезженного коня. Таких они называют дикарями. Пока ему доверили только пустое седло. Да и то коняга сильно возмущался. Ноги ему предусмотрительно связали, чтобы не брыкался. И всё равно, тот так метался, что на бок завалился. Кое-как подняли. Сегодня он просто под пустым седлом прогуляется, на привязи к другой лошади. А потом стажёру когда-то доверят груз. И уж после испытательного срока, кто-то отважится на него сесть.

    Якутский дневник. 14-20 Июля

    Стажёр с характером.

    Якутский дневник. 14-20 Июля

    Всё равно никуда не денется.

    Якутский дневник. 14-20 Июля

    Смирился.

    Якутский дневник. 14-20 Июля

    Обратил внимание — когда седлают лошадь, с одной стороны на другую переходят всегда под шеей.

    Якутский дневник. 14-20 Июля

    Якутский дневник. 14-20 Июля

    Пошли.

    Якутский дневник. 14-20 Июля

    Якутский дневник. 14-20 Июля

    Это молодёжь. Сами по себе далеко не уходят, если только со взрослыми лошадьми.

    Хозяева ушли, а меня оставили на хозяйстве и в качестве няньки для Владика. Общительный парнишка, кстати. Вопросов задаёт массу. Вернулись хозяева поздно вечером. Всех лошадей видели, всех посчитали, но одного маленького жеребёнка не досчитались. Похоже, съели волки маленького или медведь задрал. Тут такое случается не так уж редко. Кроме того, привезли трёх ленков приличного размера. На Балаганнахе поймали. Это как раз там, куда мы с Аликом в прошлый раз не дошли, по причине встречи с сохатым.

    15 июля

    Тридцать второй день экспедиции. День рождения.

    У нашего Владика сегодня день рождения, ему исполняется 9 лет. Подарил ему две шоколадки, которые ещё оставались в запасе. Впрочем, одну он честно заработал. Починил мне шариковую ручку. Не сказал бы, что родители как-то по-особенному ведут себя сегодня. Ко времени и к возрасту человека, как одной из проявлений этой субстанции, здесь отношение отстранённое и абстрактное. Это уже давно понял. Однако тортик Настя сделала к вечернему чаю. Обычный полевой вариант. Напекла тонких лепёшек, разложила их слоями, а слои эти скрепила варёной сгущёнкой. А что тут ещё придумаешь. В этих условиях пошёл на ура.

    Якутский дневник. 14-20 Июля

    Виновник торжества. Комарики закусали.


    Кроме того, были ленивые пельмени. Это Настя так назвала. Честно говоря, для меня это оказалось незнакомым кулинарным изыском. Тесто действительно как для пельменей, фарш самый обычный. Но лепится что-то не совсем понятной формы, ближе к пирожкам, чем к пельменям. А потом всё это тушится на сковородке, на масле с небольшим добавлением воды.

    На небе ничего не меняется. Стало даже ещё хуже. Солнечный диск едва просвечивает. Вот сейчас затмение было бы хорошо наблюдать. Что-то не припомню на своей практике такого сильного и затяжного задымления. Уже кажется, что мир всегда был таким тусклым и невыразительным. А всё жизненное пространство ограничено другим берегом реки, где деревья ещё видны. И те далёкие и манящие горы на горизонте, которые видел когда-то, всего лишь сон. По связи прогноз всё тот же, неутешительный, жара около тридцати и без дождей. Хорошо ещё я здесь с людьми, одному было бы совсем скучно.

    Якутский дневник. 14-20 Июля

    Солнце сегодня выглядит вот так.

    Якутский дневник. 14-20 Июля

    Настя печёт пироги.

    Якутский дневник. 14-20 Июля

    Алик пытается из двух бензопил сделать одну, но чтобы работала.

    Якутский дневник. 14-20 Июля

    Владик почувствовал себя взрослым и взялся за серьёзную работу.

    Якутский дневник. 14-20 Июля

    Якутский дневник. 14-20 Июля

    А Чамек о чём-то мечтает.

    В Хону мне подарили CD диск, в котором собраны различные сведения о районе. Вот что там рассказывают о момских эвенах. Текст даю в оригинале.

    В далекие времена на бескрайних просторах Севера по соседству с другими народами жили некогда многочисленные народы — эвены. Они жили не зная, что такое граница, кочевали по излюбленным местам. Отцы передавали навыки ведения оленеводства, методы кочевья и промысла сыновьям, а женщины — опыт ведения домашнего хозяйства и житейские премудрости, секреты шитья и выделки шкур дочерям. Так было из года год во все века. И пленил величавый, надменный старый хребет своими высотами, белизной ледников, голубизной наледей, прохладой горной воды первых эвенов. Первыми людьми, которые встретили русских землепроходцев, были эвены.

    Улахан-Чистай — это бескрайняя горная тундра, где в летнее время пасутся десятки тысяч голов оленей. Здесь в период солнцестояния собираются эвены, кочующие в Улахан-Чистае, проводят праздник — эвинек. В это время на горных бескрайних просторах звучит эвенский хоровод — һээдьэ как знак жизни и продолжения рода.
    Кто же такие коренные жители момской земли — эвены?

    Эвены Момы сами себя называют эвын (ывын). Термин «ламут», как пишется во всех справочниках и энциклопедиях, не используется. Как рассказывают некоторые представители старшего поколения, на территории Момского района до 30-х гг. кочевали намытканы (ламутканы) — поморы, жители побережья (нам — житель, ламу — море). По-видимому, по рассматриваемой территории в поисках добычи мигрировали отдельные представители разных родов с Охотского побережья и с верховий р. Колыма, впоследствии заселившие бассейны р. Яна, низовья р. Индигирка и т.п., которые, как отмечает С.И. Николаев, до сих пор называют себя ламутканами". Б.О. Долгих так же указывает, что некоторые плательщики ясака, ранее платившие его в Колымском округе, были причислены к Зашиверску. О том, что эвены — тюгясиры кочевали в бассейне рр. Колыма, Индигирка, свидетельствует И.С. Гурвич. И потому не удивительно, что название ламуты закрепилось за тунгусами (эвенами).

    То, что теперешние эвены Момского района не относят себя к намытканам, свидетельствует о том, что данную территорию их предки заселили задолго до прихода русских. В верховьях рр. Индигирка, Колыма роды Кукуюн и Дельянки были зафиксированы в 60-х гг. XVII в. И потому эвенов, мигрировавших с Охотского побережья, относили к пришельцам и называли намытканами. Можно предположить, что этим термином подчеркивали не только то, что они пришельцы, но и то, что они, намытканы, являются не «чистыми» эвенами. Эвены, кочевавшие по горной тундре, расположенной в верховьях рек. Индигирка, Колыма, были известны как эвены мола — эвены горной тундры.

    Фольклорист С.И. Боло писал, что все якуты до недавнего времени под термином «тонгус» подразумевали все народы Северо-Восточной Азии: эвенов, эвенков, юкагиров, чукчей. Впоследствии термин «тонгус» закрепился только за эвенками и эвенами, так как якуты больше общались с ними, чем с чукчами и юкагирами.
    Различные территориальные группы эвенов были известны друг другу по названию тех территорий, по которым пролегали их основные кочевые маршруты, например: Кулума, Томпо, Уяндя, Мома, Догдо.

    Под термином «эвены Момы» была известна только часть рассматриваемой группы эвенов, то есть та часть группы эвенов родов Кукуюн и Дельянки, кочевья которых пролегали преимущественно по правым притокам р. Индигирка, отчасти по её притоку Мома. А эвены, кочевавшие к западу от р. Индигирка, были известны как догдо-чыбагалахские и уяндинские.

    У восточных и западных эвенов до сих пор обнаруживаются некоторые отличия в диалекте и материальной культуре. Отличия имеются не только в этих группах, но и в тех группах, живущих по соседству друг с другом.

    К западным группам относятся два многочисленных рода Кукуюн (Улахан-Чистайский наслег) и Дельянки (бывший Эселяхский наслег) и один малочисленный род Мэмэль (Догдо-Чибагалахский наслег).

    Для сравнения возьмем рода Кукуюн и Дельянки. Эти два рода, как говорят старики, живут по соседству друг с другом с древних времен. Кукуюнцы легки в общении, разговорчивы, быстро обижаются и также быстро забывают обиду. Цвет лица, волос и глаз — светлый. Если делают что-нибудь, то делают быстро, но поверхностно. Запрягают в нарты оленей бурой масти и сами одеваются в одежду, сшитую из шкур такой масти. Для них священная птица (тотем) — кукушка (кукаку). Из этого рода вышли такие известные люди, как Евдокия Слепцова- Долгунча, кавалер орденов «Знак Почета» и Трудового Красного Знамени; знатный охотник, самодеятельный эвенский композитор-мелодист Петр Старков и мать-героиня, кавалер ордена Ленина, знатный оленевод Дарья Корякина.
    Дельянкиры резко отличаются от кукуюнцев. Цвет лица, волос и глаз — черный. Трудны в общении, малоразговорчивы, медлительны в движении. Если делают что-нибудь, то делают основательно. Долго не забывают, когда их обижают. В нарты запрягают оленей пестрой масти и сами одеваются в одежду такого же цвета. Священная птица (тотем) для этого рода — ворон. Из этого рода вышли такие известные люди, как основатель эвенской литературы Николай Тарабукин и поэтесса-мелодистка Евдокия Бокова. Третий род, проживающий в Момском районе — мэмэльцы. Из этого рода вышел первый эвенский поэт и ученый Василий Лебедев.

    Тотемами у всех родов являются разные птицы. По отношению к тотему не производились обряды, но каждый род старательно оберегал свою священную птицу. Члены рода не убивали её, и если случайно находили мертвую птицу, то хоронили на арангасе-могильнике. Женщины не произносили имя тотемной птицы и когда пролетала птица, прикрывали голову руками, если находились без головного убора. Нанесение вреда «своей» птице вызывало болезнь или несчастье, а поедание родовой птицы равносильно поеданию человеческого мяса.

    В сравнении с якутами, которые имеют общую территорию, культуру и один диалект, у эвенов нет общей территории, и такой малочисленный народ говорит на разных диалектах. Отсюда можно сделать такой вывод, что эвены с древних времен были очень гонимым и преследуемым этносом, поэтому судьба жестоко обошлась с ними, разбросав их по всей огромной территории Сибири, Дальнего Востока и других регионов.

    По другой версии предки эвенов заселяли данные территории в разное время. Но между восточными и западными эвенами есть эвены, роды которых кочевали по Охотскому побережью, например, представители рода Уянди, которые говорили на восточном диалекте эвенского языка… На этом диалекте также разговаривают и представители родов Кукуюн, Дельянки, представители которых встречаются и среди эвенов западного побережья р. Индигирка, тем самым их говор, как отмечает К.А. Новикова, составляет среднее между восточными и западными наречиями.

    «Тунгусские» роды, кочевавшие в верховьях рр. Индигирка, Колыма и Яна, в литературе ХVII-XIX вв. были известны под названием «бродячие и каменные ламуты». Здесь возникает вопрос: не характеризовали ли эти термины, в первоначальном понимании, ламутов по основному хозяйственному укладу занятия (оленеводство и охота). И если это так, то название «каменные ламуты» в некотором роде относится к оленным эвенам, которые кочевали по верховьям рек.

    В середине и в начале XIX в. здесь проживала группа эвенов-оленеводов, которые владели десятками тысяч оленей и имели свои определенные маршруты кочевий. Это отмечали русские первопроходцы, столкнувшиеся с ними. Потому название «бродячие» подходит не всем эвенам, а только эвенам-охотникам, которые в поисках зверей кочевали по огромной территории, владея только необходимым количеством ездовых оленей.
    Интересно отметить, что «бродячие», то есть эвены-охотники, были известны как «ламутканы» или «намытканы», они как более свободные в своем движении чаще сталкивались с участниками различных экспедиций — путешественниками, которые описывали их в своих исследованиях, что послужило распространению и закреплению термина «ламуты» как названия всех эвенов.

    По мнению К.А. Новиковой, самоназвание «эвен» происходит от слова эвэн-эвун «местный», «здешний». А В.И. Цинциус связывает его с глаголом эвдэй «спускающийся с гор», но, на наш взгляд, эти предположения не убедительны. По объяснению эвенов пожилого возраста, этноним эвэн, эвын с точки зрения современного эвенского языка не переводим.

    В Момском районе проживали многие роды, встречающиеся сегодня на других территориях. Например, в середине XVII в. в Зашиверском остроге платили ясак представители следующих родов: 1-го, 2-го Кункугирского, Буяксирского, Каменного, Тюсягирского и Жалжанского. Впоследствии здесь осели представители различных родов, например, мемельцы откочевали с территории теперешнего Томпонского района. По Улахан-Чистаю кочевали отдельные семьи, принадлежащие роду Готинкын (Годникан), отмеченные здесь и в 1935 г. Кроме того, встречались и встречаются эвены родов Кингалан (Кенгалан), Нивьянкан, Буяксир10

    К концу XIX — началу XX вв. из вышеназванных родов на данной территории проживали представители следующих родов: Кукуюн, Дельянки, Кингалан, Мэмэль, Уяган, Нивьянкан, от которых происходят современные эвены Момы.

    По территориальному расселению эвенов Момы можно разделить на три группы: улахан-чистайские, эселяхские и догдо-чибагалахские. Все три группы эвенов, в той или иной мере, были связаны друг с другом. Кроме того, каждая группа находилась в родственных связях с теми эвенами, с которыми соприкасалась территориально, например, улахан-чистайские (кукуюнцы) с готнинканами (охотскими эвенами), о чем отмечено еще в XVII в., и с эвенами верховий Колымы (уяганцами, дельянцами); догдо-чибагалахские в родственных связях находятся с томпонскими (южными соседями), верхоянскими (западными), уянде-селенняхскими эвенами.

    В начале XX в. каждая группа в основном состояла из представителей одного рода, имела свои определенные маршруты кочевок. Улахан-чистайские (кукуюнцы) занимали верховья р. Индигирка, её притока Момы и отчасти верховья западных притоков рр. Колыма Зырянка, Россоха. Эселяхская группа в основном состояла из дельянцев. Летние и зимние кочевки проходили по верховьям рр. Бодяриха, Эселях, Буор-Юрях (правые притоки р. Индигирка), Делькю, Бурангы, Суланкан (притоки р. Ожогино, впадающей в р. Колыма). Можно сказать, что эселяхская группа составляла одну группу с ожогинскими эвенами Среднеколымского района. Что касается догдо-чибагалахских эвенов, то среди них встречаются эвены родов Кингалан, Мэмэль, Уяган, Кукуюн. Их кочевки пролегали по рр. Чибагалах (приток р. Индигирка), Догдо (приток р. Яна) и по другим речкам, впадающим в р. Индигирка.

    При анализе территориального расселения и родоплеменного состава эвенов по Якутии и северу Магаданской области можно установить не только родственные связи между различными группами эвенов и пути их расселения в различные периоды, но и обменные связи.

    В 1960 г. в Момский район (Улахан-Чистай) приезжала делегация березовских эвенов (Будукины, Хабаровы). При разговоре эвены старшего поколения нашли общих знакомых, выяснили, кто из какого рода происходит. А эвены из Таскана (Магаданская область) до сих пор поддерживают связи со своими родственниками из Улахан-Чистая.
    Численность на рассматриваемой территории в различные периоды может быть определена только приблизительно и только по основным родам. Трудность более точного определения численности эвенов заключается в том, что многие группы не имели определенных кочевых маршрутов, о чем свидетельствует, например, что в 1809 г. состоялось переселение из Колымского комиссариата в Зашиверский девяти тунгусских родов. В 1837 г. Колымское окружное правление переселило в Верхоянское управление Кунгугирский ламутский род11. Кроме того, по рассматриваемой территории в разные периоды кочевали представители различных родов. Тем не менее, по тем немногим данным, которыми располагаем мы, можно получить цифры, более или менее отражающие действительность.

    По данным III и IV ревизий (1762 и 1782 гг.), при Зашиверском остроге насчитывалось ламутов (эвенов) 519 и 695 человек. А по бо-лее ранним данным (70-е гг. XVII в.), в родах Кукугир и Дельянки насчитывалось 400 и 380 человек. По данным первой Ясачной комиссии, Зашиверскому острогу подчинялось шесть родов (Кукугир, Дельян, Тюсягир — 268 мужчин), Верхне-Колымскому зимовью — четыре рода (Дельян и Уяган — 164 мужчины12). Если половину эвенов, переселенных в Верхне-Колымское зимовье, отнести к эвенам Момы, то получается около 650 человек. К ним можно было бы добавить и часть верхоянских ламутов. По данным 1858 г., эвенов в Верхоянском и Колымском округах проживало более 1800 человек. Если из этого числа взять данные численности интересующих нас родов (Кукугир, часть Тюсягир, Дельян, Каменного и Уяган), то получается 800 человек. В 1898 г., по подсчетам Момской Николаевской церкви, насчитывалось 748 человек, хотя вышеприведенные цифры только приблизительны. Они показывают, что численность эвенов в Момском улусе более или менее стабильна, несмотря на постоянную откочевку мно-гих семей на другие территории. На момент организации Момского улуса в 1931 г. эвенов было 852 человека.

    В 50-е гг. XX в. советская власть навязала кочевым народам Севера оседлый образ жизни и с этого началась беда простодушного народа — эвенов. Начался этап потери привычного образа жизни, вместе с ним утеря родного языка, культуры и обычаев. Из некогда многочисленного народа сейчас эвены считаются одним из малочисленных народов Севера.

    По данным переписи населения в 2002 г., всего в России проживало 19071 эвен, из них в Якутии — 11657 чел.

    16 июля

    Тридцать третий день экспедиции. Подвожу итоги.

    Небо затянуло ещё вчера вечером. На это раз не только дымом, но и облачностью. Все ждали, что скоро пойдёт дождь. Но он не пошёл ни ночью, ни сегодня утром, ни даже в течение всего дня. Хотя дым куда-то почти весь ушёл. Возможно, атмосферная влага всё в себя впитала, но скорее изменились воздушные потоки, и дым куда переместился. Вместо него теперь тяжёлая, низкая облачность, в которой даже не очень высокий Балаган-Тас прячет свою вершину. Так и не сходил я на него, и теперь уже не схожу, завтра собираюсь покинуть Кытыл и гостеприимную семью Тарковых. Пошёл попрощаться и с наледью, хотя при таком раскладе с погодой, там сегодня совсем делать нечего. Хорошо ещё Чамек составил компанию и как-то оживил пейзаж.

    Якутский дневник. 14-20 Июля

    Якутский дневник. 14-20 Июля

    Вот публикую теперь свой дневник в ЖЖ и вижу, что не такая уж плохая съёмка получилась в целом, но тогда оценка была несколько иная. Решил текст почти не менять и привести его так, как записано в моём блокноте.

    «Сегодня можно подвести итог этому первому этапу экспедиции. Съёмка получилась очень слабой. Как всегда, часть причин можно взять на себя, где-то не доработал, где-то поленился. Но всё же объективная ситуация была действительно не в мою пользу. Большинство дней были бесцветными и малоинтересными, в смысле состояний. А часть из них совсем исключала пейзажную съёмку из-за дыма или были просто дождливые дни. Хотя абсолютно чистое и солнечное небо тоже немного даёт. Это пейзажная съёмка и она без особых состояний становится просто ландшафтно-документальной. Всего лишь два-три дня за этот месяц действительно дали что-то интересное. И это в активе. Ну что же, должен же быть когда-то и провал. Остаётся надеяться на другие этапы и на другие объекты в этой экспедиции. Она ведь ещё не заканчивается».

    Зашёл сегодня разговор о сёдлах. Как выглядит упряжь у местных жителей, мне приходилось видеть не только в Якутии в разных её частях, но и в других регионах России. В Тофаларии, например. И везде это всё изношенное и доживающее свой век. Алик говорит, что у них в посёлке этот важный атрибут жизни остался в наследство от геологов. А где взять новое снаряжение, никто не знает. Вообще сёдла, ездовые и вьючные, а также другие элементы упряжи, достаточно совершенная конструкция. Видно, что кто-то и когда-то хорошо над этим поработал, но это было очень давно. Теперь, думаю, есть широкий простор для совершенствования. Особенно учитывая, что появилось много новых материалов. Хотя не всё тут заменишь. Лошадь не автомобиль, а живое существо и с ним должны соприкасаться натуральные материалы. В этих старых сёдлах используются войлок, натуральные ткани, кожа, железо и дерево. Вес получается значительным и, наверное, его всё же можно уменьшить, если заменить часть материалов. А уж вьючные сумы-матага, мне совсем не кажутся совершенством, особенно учитывая их состояние. Всё рваное и негерметичное. Здесь даже мои транспортные мешки лучше.

    Вот ещё одна тема, которую сегодня затронули и которая, наверное, многих заинтересует. Хотя лично я к этому отношусь с большой долей иронии. Но всё же, что тут рассказывают о снежном человеке — чучунаа, немного изложу. Легенды действительно есть и вроде даже есть свидетели. Говорят, женщин даже воровали в своё время. Правда, через какое-то время возвращали в целости и сохранности. Наверное, снежные мужчины тоже склонны к полигамии. Вот только давно это было, ещё вроде до войны. Та старуха из Сасыра, которая была несколько лет женой снежного человека, уже умерла. Говорят также, что, вернувшись, она молчала и ни о чём не рассказывала. Тогда интересно, откуда же узнали эту историю? В наше время уже ничего подобного не происходит. Видно тогда снежные человеки активнее были, в том числе и в сексуальном плане.

    Якутский дневник. 14-20 Июля

    Мясо, которое сушилось большими лоскутами, Настя теперь порезала на небольшие кусочки, нанизала на нитку как гирлянды и повесила над печкой досушиваться. В таком виде мясо и будет где-то храниться в мешках.

    Якутский дневник. 14-20 Июля

    Настя ещё и шьёт различные вещи из меха. Вот здесь Алик демонстрирует спальник из шкур снежного барана. Весит немного, но объём приличный. Спать в нём можно на снегу при минус шестидесяти. Кстати, шьют и на продажу.

    В предыдущей странице дневника были некоторые сведения о момских эвенах, теперь кое-то о космологических представлениях эвенов. Текст также в оригинале. Автор указан.

    Верования

    Сардаана АЛЕКСЕЕВА

    Космологические представления эвенов

    Исследование традиционной этнической культуры эвенов — одного из древних тунгусо-маньчжурских народов Сибири — представляет большой научный интерес. До сих пор этнография эвенов, в том числе система религиозных воззрений, остается малоизученной, между тем изучение традиционных верований эвенов, выявление их архаических корней показывает, в первую очередь, особенности развития общественного сознания и пути исторического развития эвенского этноса.

    Представления эвенов

    Эта статья написана на основе опубликованных источников и полевых материалов, собранных автором во время этнографических экспедиций 1996-1998 гг. у локальной группы эвенов Якутии — ламунхинцев, кочующих по отрогам Верхоянского хребта. Мы попытаемся осветить космологические представления эвенов, в частности, их религиозно-мифологические понятия о трехчастном строении Вселенной, Мировом дереве, связывающем все сферы мироздания и выступающем символом мировой оси, о триединстве души человека, о шамане — как служителе религиозного культа. Модель мира в религиозно-мифологических представлениях эвенов была в целом традиционна для тунгусо-маньчжурских народов Сибири. Модель Вселенной (Нээлбээн) делилась на три сферы — мира: Средний мир — мир живущих людей, животных, птиц и растений, он представлялся однослойным; Нижний мир –мир умерших; Верхний мир — мир богов, Верхний и Нижний миры представлялись многоярусными.

    Средний мир, по представлениям эвенов, был населен различными духами: духом земли — төөр муһонни, духом воды — мөө муһонни, духом огня — тов муһонни, также бесчисленным количеством духов леса, местности, горы, перевала, реки, озера, скалы, предметов и вещей. В соответствии с их функциональной деятельностью мифологический пантеон эвенов делится на духов-покровителей и духов-помощников Верховных божеств, Помимо духов-покровителей существуют духи, несущие вредоносную силу — пантеон таких духов пополняется также за счет микробов, которые трансформируются во вредоносные существа и вызывают тяжкие болезни, особенно у женщин. В Нижнем мире (Буни) обитали злые духи — аринкил и ибдьирил, причиняющие людям зло и посылающие разные болезни.

    Верхний мир — обиталище Верховных божеств, страна небожителей: богов солнца, луны, молнии и грома. Верховное божество Сэвэки представлялся в образе старца, дарящего жизнь всем людям, животным, растениям и являющегося главным держателем нитей человеческих жизней (судеб) /1; 17/. В сложной и весьма запутанной иерархии небожителей означенное божество считалось главным, высшим и именовалось, во-первых, "Верховным", и, во-вторых, "духом неба, хозяином Верхнего мира".

    Пространственная картина мира имела горизонтально-вертикапьную характеристику, ограниченную узкими рамками, В мифологическом сознании эвенов особое место занимает также Луна (Илан), возникшая от кремня и имеющая сущность женского начала, и Солнце (Нөлтин), возникшее от огнива и имеющее мужское начало. Луне и Солнцу посвящался обряд почитания, сопровождающийся ритуальным танцем. Надо полагать, их функциональная роль адекватна ритуально-мифологической роли богов, покровительствующих обитателям Среднего мира.

    Во многих космогонических мифах эвенов мужское и женское начала выступают как две равные противоположности, от слияния которых возникают небо, земля и люди. Небо (Нянин) и Земля (Төөр), согласно логике эвенской мифологии, — это две сущности мироздания, порождащие и поддерживающие жизнь на земле. Небо выступает олицетворением мужского начала — Отец, Земля — женского начала — Мать. Наличие в мифологии женского и мужского начал связано, на наш взгляд, с социальной организацией эвенского общества в его архаических формах. Космогонические мифы отражают стройную концепцию мироздания, в основе которой лежит Мировое дерево, соединяющее все три мира: Верхний (небо), Средний (земля) и Нижний (подземный мир). Сообщаются миры между собой через "отверстия", одной из которых является Полярная звезда. По представлениям эвенов, Мировое дерево пронизывает все три мира сознаваемой Вселенной снизу вверх и связываеттем самым все миры воедино. Данный мифологический сюжет является мировым и встречается у многих народов. Однако здесь следует отметить, что со временем представления эвенов о космической модели мира претерпели значительную трансформацию. Так, если в ранних мифах модель мира имела вертикальную ориентацию и связь между мирами осуществлялась посредством Мирового дерева, то в более поздних вариантах положение мира в пространстве стало определяться как горизонтальное, а функции Мирового дерева стала выполнять воображаемая мифическая родовая река, соединявшая Верхний, Средний и Нижний миры. В еще более поздних вариантах функции связующего звена стали выполнять шаманские реки, берущие начало на западе и текущие на север.
    По традиционным воззрениям эвенов, вершина мифической родовой реки, отождествляемая с Верхним миром Вселенной, мыслилась местом обитания родовых душ "оми". Дерево мыслилось родовым, особым для каждого рода, а спускавшиеся с него души вселялись в женщин только своего рода. Родовое дерево душ отождествлялось с образом женского духа, во владении которого находилось это мифическое дерево, рождающее начало рода. Когда наступает время родиться новому сородичу, душа — "оми" покидала "вместилище душ" и с Верхнего мира Вселенной падала в чум, в очаг, где живет мифическая хозяйка огня — очага, почитаемая за хранителыницу душ сородичей. И от этой мифической хозяйки очага "оми" переходила в чрево женщины, давая начало новому поколению сородичей.

    Заметим, что место, где на вершине мифической родовой реки обитают души "оми", в эвенском языке называется "дэтур" — "болото", "заболоченное место" (излюбленное обиталище лосей и диких оленей). Также "дэтур" означает вершину космической родовой реки, протекавшей через все три мира Вселенной: вершиной — в Верхнем мире, серединой — в Среднем мире, а устьем уходящей в Нижний мир, где живут умершие сородичи. Если Средний мир считался местом обитания живых людей, то Верхний — местом пребывания душ людей и животных, которое отождествляется в мифологии эвенов с вершиной реки и носит название "дэтур". На этом "дэтур" пасутся души оленей, а в расположенном поблизости жилище "омирук", хранилище душ живут те перевоплощающиеся в поколениях души людей, что служат источником продолжения человеческого рода, По рассказам шаманов, мать-душа "оми" представлялась в виде птичьего яйца (2; ПМА). Когда душа "оми" приходит в Средний мир к людям, чтобы дать начало новому потомку, она проникает в женскую утробу. Тогда возникает человеческое тело и его телесная душа — "бэен" (3; 51). По древней мифологии тунгусо-маньчжурских народов Сибири олицетворением женского начала и плодородия, покровителыницей деторождения являлась Айисыт. Считалось, что вселение души в утробу женщины происходило по ее благосклонному отношению к семье или роду. Поэтому появление ребенка на свет рассматривалось как результат того, что душа ребенка нашла себе пристанище в теле женщины.

    Понятие "душа" является одним из наиболее сложных понятий в эвенской религиозно-философской картине мира. В традиционном мировоззрении эвенов душа как основная, жизненная сила человека, совокупность его психической и физической сущности состоит из трех элементов: оми — (мать — душа), ханян — (воздух — душа), бэен — (земля — душа).
    Самый главный элемент души — это "оми" (мать — душа), являвшаяся основой не только человека, но и всех живых существ в Среднем мире. Согласно бытовавшему у эвенов мнению, при рождении у человека была одна душа — "оми" (мать — душа), которая выглядела в виде синички. Со временем, когда ребенок приобретал все присущие человеку черты и качества, то есть становился полноправным членом социума, его душа "оми" перерастала в "ханян" (воздух — душа). "Ханян" — это духовное начало человека, его психический мир. Внешне душа "ханян" была копией человека, которому принадлежала. Считалось, что во время сна она удалялась на далекие расстояния, и сновидения человека были результатом путешествия души. Поэтому нельзя было будить спящего человека, так как считали, что душа, может не успеть возвратиться обратно, также запрещалось наступать на тень человека, ставить на нее какие-нибудь предметы.
    Семантика слова "ханян" показывает, что эта душа является источником жизни, средством ее продолжения, воплощения предков в потомках.

    Как мы уже отмечали, душа эта мыслилась обладающей способностью отделяться от тела еще при жизни человека, явление сна ассоциировалось эвенами с временным уходом от тела души "ханян". В данном случае большой интерес для нас имеют представления эвенов о трансформации души. Пока человек жив, душа эта обитает при теле и бывает видна и уловима в своей телесной форме в виде тени или отражения (в зрачке, в воде и т.д.). Когда человек умирает, она покидает его тело, становится невидимой, уходит к верховьям мифической родовой реки. Вместе с тем изменяются и ее функции: если в первом случае она была лишь источником сновидений, то во втором случае она выступает как источник творческого начала (зарождения) и перевоплощения, что и подчеркивается ее новым названием —"оми".

    "Бэен" (земля — душа) символизирует телесное, материальное начало в человеке, все физиологические отправления организма связывались с деятельностью этого телесного двойника человека.
    Как показывают материалы наших полевых исследований, телесная душа "бэен" после смерти человека уходит в мир мертвых — Буни по реке мертвых Эндекит, а воздушная душа — ханян, т.е. его тень — отражение, растворяется в воздухе. Мать — душа "оми" уходит на вершину мифической родовой реки — тэгэн окаат дэрээндулэн, в родовое вместилище душ — омирук, которое находится на вершине шаманского космического Мирового дерева.

    О трехсоставности души известно многим народам мира, и все они связаны с представлениями о материальных первоэлементах. По этому поводу Л.Я. Штернберг писал: "Функциями жизни управляют особые существа (души), от которых зависит вся жизнь человека. Души эти самой различной природы. Одни из них, как, например, кровь, дыхание, составляют видимые части или функции тела; другие же, как душа, покидающая тело во время сна, обнаруживают все признаки духа. Одни выражают функции всего человека, всю его индивидуальность; другие управляют только функциями отдельных органов тела. Одни обитают постоянно в самом человеке, другие могут жить вне его (в каком-нибудь дереве, животном, даже в его собственном изображении), тем не менее влиять на его жизнь и здоровье. Среди этих различных душ есть одна, которая представляет подлинный двойник человека и продолжает его индивидуальное существование после смерти" (6; с. 185). По представлениям эвенов, такой главной душой являлась "оми" (мать — душа).

    Эвенские представления о душе перекликаются с якутскими представлениями о душе и ее функциях. У якутов душа состоит из трех элементов: буор-кут (земля — душа), салгын-кут (воздух — душа) и ийэ-кут (мать-душа). Первыми научное толкование представлениям древних якутов о душе дали В.Ф. Трощанский /7; с. 73/ и А.Е.Кулаковский /8; с. 62—64/. Интересные материалы были собраны А.А. Поповым (9; с. 255-323) и Н.А. Алексеевым (10; с. 120—123). В тюрко-монгольских мифологических параллелях душа признается самостоятельной субстанцией, которая как бы является существом и материальным, и духовным.

    У всех народов мира сложились устойчивые понятия о существующей субстанции мировой душе. Подчеркивается двоичная природа ее происхождения: из глины и крови, иногда — как смесь огня и воздуха или земной материи и божественного духа.

    В мифологических, а позднее — в религиозных воззрениях народов мира человек считался созданным богами из глины. Умирая же, погребенный в землю, он снова превращается в прах.
    Наличие трехсоставности души человека связывает его с мифологическим измерением реального пространства, то есть с мифологическим временем. Таким образом, мифологические воззрения эвенов по отношению к трехсоставности души имеют древнюю религиозную семантику, уходящую в глубь тысячелетий.

    У эвенов, как и у других народов северо-востока Азии, существует представление о реинкарнации — бессмертии человеческой души и ее возвращении после смерти человека в мир живущих в иной ипостаси — в виде новорожденного младенца: Причем утверждалось, что таким образом непременно возвращаются их умершие родственники. Как писал по этому поводу Я.И. Линденау: "Если рождается мертвый ребенок, то его душа возвращается назад к матери и входит в следующего ребенка той же женщины. Если умирает взрослый человек, то его душа парит в воздухе и переходит после разложения тела в ближайшего родственника, причем ламуты считают, что это тот же человек"/11; с. 68/. Эвены считали, что мать или кто-либо из родственников может увидеть во сне, кто именно из умерших сородичей возвращается в виде новорожденного младенца. Позднее это можно определить также по внешнему виду, характеру, привычкам и склонностям человека. Также необходимо отметить существование у эвенов запрета называть детей именами старших родственников, если те живы. Нарушение этого запрета неодобрительно встречается людьми старшего поколения (12; с. 113). Душа человека, как считали эвены, обладает свойством сверхъестественной связи с другими существами: у каждого человека есть свой "хэвэк" — животное, душа которого сверхъестественным образом связана с душой человека. Человек может отвести на "хэвэка" свою болезнь, а несчастье, случившееся с "хэвэком", может отразиться на человеке. Таким образом, эвены придерживались концепции бессмертия души, идеи беспрерывного перерождения, возвращения человека на землю в новых телесных оболочках, что и составляет смысл идеи реинкарнации, то есть многочисленных перерождений души.

    До установления христианства в религиозной системе эвенов существовала иерархия сверхъестественных существ — различных небесных богов, божеств — покровителей и различных духов Среднего мира, которые подчинялись Всевышнему богу неба — Сэвэки. Боги и духи отворачивались от человека и наказывали его лишь в том случае, если он нарушал обычаи и традиции предков, что считалось большим грехом — һинимкин.

    Эвены в религиозном плане были шаманистами с развитым культом охотничьей магии, культа оленя и солнца. Шаман, служитель культа, совершая во время ритуального камлания медитацию — мысленные полеты во Вселенную (Нээлбээн) — налаживал отношения между миром людей и миром богов и духов.

    Образ шамана рисуется в мифологии как центральная фигура Среднего мира, которой доступна связь со всеми тремя мирами Вселенной. Особого внимания заслуживают представления о шаманском Мировом дереве и вместе с тем — о родовой реке, протекавшей через все три мира сознаваемой Вселенной. Судьба шамана связывалась с определенным деревом, причем не только его судьба, но и судьба его рода. Дерево это росло на родовой священной горе и понималось как Мировое дерево, олицетворяющее все три шаманских мира: корнями дерево вросло в Нижний мир, вершиной упиралось в Верхний мир, посреди не ствола помещался Средний мир, то есть Земля/13; с. 143/. По другим вариантам, существовало три шаманских дерева: первое дерево являлось местом обитания духов-предков шамана, второе — местом обитания внешней шаманской души, третье — в Верхнем мире — было местом обитания душ сородичей (14; с. 143). Также у шамана может быть и три таких дерева — для каждого мира свое, особое Мировое дерево. С нижним деревом связываются представления о духах-предках, с верхним деревом — представлөния о месте обитания душ рода как об особом родовом дереве, хранителе этих душ, начале рождения, рода.

    Итак, с судьбой шаманского дерева, которое представлялось как Мировое, космическое дерево и мыслилось как основа рода, связываются не только личная судьба шамана, но и судьба всех его сородичей. Родовое дерево выступает в данном случае как коллективная душа рода, так как с этим деревом связываются представления о жизни и благополучии всего рода и сородичей. Понятие о родовом дереве как о коллективной родовой душе связывается также с представлениями о душах предков, в частности, о шаманских духах-предках.

    Таким образом, для эвенов, как и для других народов северо-востока Азии, было характерно традиционное трехчастное строение Вселенной. Связь между мирами осуществлялась посредством Мирового дерева, пронизывающего все три мира сознаваемой Вселенной. Позднее функции Мирового дерева стала выполнять воображаемая мифическая родовая река, вершина которой мыслилась местом обитания родовых душ. В еще более поздних вариантах связующим звеном стали выступать шаманские реки.

    В традиционном мировоззрении эвенов душа как основная жизненная сила человека, совокупность его психической и физической сущности состоит из трех элементов: оми — (мать — душа), ханян — (воздух — душа), бэен — (земля — душа). Эвены придерживались концепции бессмертия души, идеи беспрерывного перерождения, возвращения человека в новых телесных оболочках, что и составляет смысл реинкарнации.

    Эвены в религиозном плане были шаманистами с развитым культом охотничьей магии, культа оленя и солнца. Шаман, служитель культа, считался посредником между богами, духами и людьми. Судьба шамана связывалась с определенным родовым деревом, которое росло на священной родовой горе и олицетворяло все три шаманских мира. Дерево мыслилось как мировое, космическое дерево и выступало также как коллективная душа рода, с которой связывалось будущее всего рода и сородичей.

    Список использованной литературы

    1. Алексеев А.А. Забытый мир предков: Очерки традиционного мировоззрения эвенов северо-западного Верхоянья.- Якутск, 1993. — 93 с.
    2. ПМА. — 1996.- № 1.
    3. Анисимов А.Ф. Космологические представления народов Севера. — М. — Л., 1959. — 105 с.
    4. Анисимов А.Ф. Религия эвенков в историко-генетическом изучении и проблемы происхождения первобытных верований. — М. —Л., 1958. — 234 с.
    5. ПМА. — 1997. — № 2.
    6. Штернберг Л.Я. Первобытная религия в свете этнографии. — Л., 1936. — 285 с.
    7. Трощанский В. Ф. Эволюция черной веры (шаманства) у якутов. — Казань, 1902. — Раздел VII. — 185 с.
    8. Кулаковский А.Е. Материал для изучения верований якутов. — Якутск, 1923. — 108 с.
    9. Попов А.А. Материалы по истории религии якутов Вилюйского округа // Сб. МАЭ. — XI. — М.- Л., 1949. – С. 255-323.
    10. Алексеев Н.А. Традиционные религиозные верования якутов в XIX — начале XX вв. — Новосибирск, 1975. — 198 с.
    11. Линденау Я.И. Описание народов Сибири (первая половина XVIII века). — Магадан, 1983.- 175 с.
    12. История и культура звенов. — СПб., 1997. – 179 с.
    13. Анисимов А.Ф. Религия эвенков в историко-генетическом изучении и проблемы происхождения первобытных верований. — М. — Л., 1958. — 235 с.
    14. Указ. соч.
    Источник Илин. – 2002. — № 3. – С. 31-35

    17 июля

    Тридцать четвёртый день экспедиции. Прощай Кытыл.

    Всё же прорвало. Дождь, правда, был несильным, моросящим, но с ветром. И, в основном, ограничился ночным временем. Теперь просто пасмурно и холодно, очень низкая облачность. Во второй половине дня намерен покинуть Кытыл и пойти вниз по Моме на своей байдарке. В дальнейших планах у меня освоение Индигирки, и для этого нужно вернуться в посёлок Хону. Но торопиться некуда и сегодня иду только до кордона на Ытырбе, прошлого своего места обитания. Там ещё и часть продуктов оставил, надеюсь найти в сохранности. Остатки того, что привёз сюда, здесь и оставил хозяевам.

    Вышел только после пяти часов дня, всё надеялся, что погода разгуляется и мне удастся что-то ещё снять по ходу сплава. Но так ничего существенного и не произошло пока с погодой. Иду на берег с байдаркой и всем грузом. Вместе со мной на берег выходит и гостеприимная семья Тарковых в полном составе. Прощаемся и делаем на память общий снимок.

    Якутский дневник. 14-20 Июля

    А погода учинила сюрприз. Думал, что ночным дождём всё и обошлось, но не тут-то было. Как только стартовал, и пяти минут не прошло, начался дождь, да ещё и со встречным ветром. Пришлось вновь причаливать и одеваться уже соответственно ситуации. Говорят, дождь в начале пути – хорошая примета. Пусть так и будет, хотя и не очень приятно.

    За эти две недели, что провёл на Кытыле, наледь очень сильно изменилась. Вернее, от неё почти ничего не осталось. Лишь только в нижней части обнаружил совсем небольшие наледные поля. Всё просто неузнаваемо. После затяжной жары, воды в реке мало и байдарка иногда садится на мель. Приходится тогда проводить её пешком, чтобы выйти на глубокое место.

    Несмотря на встречный ветер, тридцать километров до Ытырбы прошёл быстро, всего за четыре с половиной часа. Течение всё же в Моме приличное, хорошо тащит, хотя и малая вода. К Ытырбе подходил с желанием как-то уединиться, спокойно разобраться с вещами, чтобы следующим днём идти уже дальше. Но когда вышел из-за поворота, откуда уже виден берег у кордона, обнаружил там моторную лодку.

    Из трубы избушки шёл дым, дверь была открыта, и оттуда слышались голоса. Встретили снова Алик и Владик, даже к новым именам привыкать не пришлось, но эти уже оба взрослых и совсем мне не знакомых человека. А вот меня узнали. У Владика жена работает в парке и рассказывала про меня и показывала мой ЖЖ… Я как раз был всё в той же бандане, что на аватарке.

    Владик ещё один дальнобойщик, с которым пришлось познакомиться. Как уже рассказывал, дальнобойщики здесь работают только зимой. А летом у них свободное время. Можно заняться рыбалкой и всякими подобными делами. Вот они и приехал сюда со своим приятелем на пару дней. Алик же бывший местный житель, теперь живёт в Якутске. Там он работает свободным таксистом, но раньше был ментом. И, как я понял, на прежней работе немного подорвал нервную систему. Теперь вот приехал подлечится в первозданной природе. Хорошо бы всех ментов сюда иногда вывозить. А погода не на шутку испортилась. Дождь не прекращается. Оказывается, до сих пор это была лишь прелюдия.

    Якутский дневник. 14-20 Июля

    Владик. Прошу любить и жаловать. Ещё один персонаж дневника, с которым в дальнейшем предстоит встречаться.

    Кстати, не помню, рассказывал ли, откуда взялось название Мома. В официальных источниках даются несколько другие толкования, нежели я слышал от местных жителей. Так вот, Мома переводится как кишка. Это действительно соответствует её облику, но никак не в той части, где наледь и ниже её до устья. Зато, если посмотреть на карту, то увидите, что выше наледи Мома так сильно меандрирует, будто готова в узел завязаться. На самом деле похоже на кишку. Если ехать на моторной лодке, то реальное расстояние приходится пройти в два-три раза больше, чем по прямой. Говорят, иногда едут люди, высаживают пассажиров там, где петли почти сходятся, те немного идут пешком и ещё ждут потом моторную лодку.

    18 июля

    Тридцать пятый день экспедиции. Ухожу на Тас-Юрях.

    Дождь продолжался всю ночь. В избе немного протекает крыша. И спать ложились, под звуки капающей на пол воды, что слегка раздражало. Поэтому когда проснулся, первым делом обратил внимание на то, что тишину ничто не нарушает, кроме мирного сопения товарищей. А выйдя на улицу, обнаружил на небе уходящую на восток облачность, а на западе чистое небо. Погода вернулась. И, кроме того, атмосфера наконец-то очистилась от надоевшего дыма.

    На Ытырбе сидеть не намерен. Делать тут нечего. Сегодня ухожу ниже, на кордон Тас-Юрях. Вот там, может быть, немного задержусь. От Ытырбы до посёлка Хону 150 километров вниз по Моме. Река быстрая и если поторопиться, за пару дней на моей байдарке дойти вполне реально. То есть можно там быть уже послезавтра. Но торопиться как раз некуда. В Хону обещал быть 21-го июля.

    Мои новые знакомые пока остаются на Ытырбе. Ближе к середине дня они едут на рыбалку, а я загружаю байдарку и ухожу вниз. Река здесь действительно шустрая, успевай только поворачиваться, да рулить поперёк струй, которые так и норовят прижать куда-нибудь к обрывистому берегу или затащить под коряги и упавшие деревья. А в остальном река не представляет особых трудностей. В результате ходовое время составило всего четыре с половиной часа. Плюс к тому ещё один час — остановка на чай. Как же без этого.

    Якутский дневник. 14-20 Июля

    Пьём чай. С шоколадкой.


    При подходе к базе у меня созрела идея уже сегодня поднять на гору, рядом с устьем Эрикита. Как раз напротив кордона Тас-Юрях возвышается небольшой и не очень высокий горный массив, который тянется вдоль левого берега Эрикита и затем, после того, как Эрикит входит в Мому, уже вдоль левого берега Момы. Время и силы ещё есть там погулять.

    На базе никого не обнаружил, да и не предполагал обнаружить. Пришлось быстро готовить ужин, чтобы успеть подняться наверх до захода солнца. Около девяти вечера переплыл на байдарке на противоположный берег и по крутому гребню пошёл вверх. И вот так по гребням, по склонам с горелым лесом, с вершинки на вершинку и сделал небольшой круг по верхам. Ничего особенного там не увидел, никаких шедевров не снял. На базу вернулся уже около двух ночи.

    Якутский дневник. 14-20 Июля

    В правом нижнем углу устье Эрикита. Напротив, на противоположном берегу Момы, лесистый мыс, по ту сторону которого и спрятался кордон Тас-Юрях.

    Якутский дневник. 14-20 Июля

    Горная цепь на дальнем плане лежит уже за долиной Эрикита и относится к хребту Черского.

    Якутский дневник. 14-20 Июля

    Наверху всё в каком-то хаосе и со следами старого пожара.

    Якутский дневник. 14-20 Июля

    Горки эти сложены песчаниками.

    Якутский дневник. 14-20 Июля

    19 июля

    Тридцать шестой день экспедиции. День на Тас-Юряхе.

    Сегодня ночью почти не спал. После вечерне-ночного забега на гору, спать улёгся лишь около трёх часов ночи, а будильник поставил на пять утра. Очень хотелось что-то на рассвете интересное поймать. Уснуть практически не удалось. Но и съёмка на рассвете ничем особенным не порадовала. Это я называю дежурной съёмкой. Впрочем, что есть, покажу.

    Якутский дневник. 14-20 Июля

    Здесь удачно наклонились деревья. Под тем же углом, что и осыпи на противоположном берегу. Тем самым в кадре создаётся движение.

    Якутский дневник. 14-20 Июля

    Дальние горы за Эрикитом.

    Во время утренней фотосессии, бродил по обширной косе совсем неподалёку от базы. Но не в прямой видимости. И когда уже возвращался, обнаружил на берегу людей. Они могли придти только сверху. Если бы поднимались снизу, то заметил бы. Странно, что не услышал моторную лодку. Недалеко ведь совсем. Кроме Владика и Алика, которых встретил на Ытырбе, никого больше наверху быть не могло. Так и оказалось. Это мои новые друзья пожаловали, хотя собирались ещё день оставаться на верхнем кордоне. Но видно планы поменялись. Теперь они намерены порыбачить на Эриките. Парни также провели бессонную ночь, совершая рыбацкие подвиги. Поэтому синхронно, всей компанией заваливаемся спать до обеда.

    Сегодня у меня банный день. Это тот день, который давно планировал и о котором мечтал. Ведь на прежних местах базирования нигде не было такой возможности. А баня в таких условиях всегда что-то вроде праздника, который ждёшь и предвкушаешь. Особенно, если такого праздника давно не было. А ведь действительно давно, уже целый месяц. Баня топилась долго, готовился тщательно, не спеша. Растягивал удовольствие от предвкушения. И даже при этом банька здесь не может так разогреться, чтобы уши сворачивались. Но всё равно, это настоящее блаженство, учитывая всё вышесказанное. Да я и не отношусь к таким уж ярым фанатам горячего пара.

    Хочу напомнить, как выглядит кордон Тас-Юрях. Снимал сегодня.

    Якутский дневник. 14-20 Июля

    Первый жилой дом кордона нестандартной конструкции..

    Якутский дневник. 14-20 Июля

    Второй жилой дом стандартной конструкции. За ним баня.

    Якутский дневник. 14-20 Июля

    Баня. Да, тут ещё туалет есть, справа в кустах.

    Якутский дневник. 14-20 Июля

    Склад и гараж для снегоходов.

    Якутский дневник. 14-20 Июля

    И такая уютная веранда на берегу.

    Погода всё никак не способствует фотографическим подвигам. Неудачное всё же лето выдалось в этом смысле. В основном присутствуют три состояния, которые меняют друг друга – чистое небо, без изысков или, как я называю, тупо солнце, это быстро проходит, потому что начинается дым, потом приходит дождь, зато дым уходит. И снова цикл из этих трёх состояний, ни одно из которых не может устроить фотографа. Вот и сегодня, всего лишь второй день после хорошего дождя, и уже дым. Не сильный, правда, пока. Но плюс к этому пасмурное небо. Облачность пришла на этот раз с юга. Обычно небо закрывается с запада или с севера и тогда погода может серьёзно испортиться. Облачность с юга вряд ли принесёт непогоду.

    Короче говоря, съёмки пока нет, мужики уехали вверх по Эрикиту. Остаётся только сидеть на лавочке или у костра и гонять чаи, поглядывая на реку, тайгу и горы. И это, на самом деле, не так уж плохо. Вот бы ещё комарики не доставали. Что-то чистый, после бани, я им больше нравлюсь. А место тут приятное, сухой лиственничный лес, большая коса, по которой можно гулять, устье Эрикита напротив, и за ним горки, на которые вчера поднимался, а ещё дальше горы уже повыше.

    Написал я эти строки и тут увидел, что у меня сегодня есть шанс на хорошую вечернюю фотосессию. В той стороне, где садилось солнце, оставалась брешь между облачностью и горизонтом. Солнце сделало свою работу, подсветило облака и окрасило в закатные тона. Свою часть работы я тоже выполнил. Точка съёмки примерно в километре от кордона, на устье Тас-Юряха. Пришлось очень поработать градиентными фильтрами, был слишком велик контраст в яркости между небом и землёй.

    Якутский дневник. 14-20 Июля

    Якутский дневник. 14-20 Июля

    Якутский дневник. 14-20 Июля

    Якутский дневник. 14-20 Июля

    Якутский дневник. 14-20 Июля

    20 июля

    Тридцать седьмой день экспедиции. Ещё один день на Тас-Юряхе.

    Вечерняя фотосессия плавно перетекла в утреннюю, с перерывом на чай в два часа ночи. Хотя и вечерней тоже можно назвать относительно. Обычно это происходит в первом, а то и во втором часу ночи уже следующего дня. Но нет смысла делить здесь сутки строго по времени, двенадцать или полночь, и всё. Условно можно считать границей суток самое низкое положение солнца за горизонтом. То есть приблизительно с двух до трёх часов ночи. А утро сегодня ничего особо интересного не принесло, ожидания не оправдались. Но как выглядело, покажу.

    Якутский дневник. 14-20 Июля

    Ребята вернулись с Эрикита около двух часов ночи, как раз к моему чаепитию. Рыбалка там не очень удалась. Но они поставили сети. После ночного ужина-завтрака завалились спать, оставив меня одного, в ожидании восхода солнца. Моя же ночь началась сегодня в шесть утра, когда влез в спальник.

    В двенадцать дня практически не спал и собирался уже подниматься, как услышал звуки моторной лодки. Вот теперь точно пора подниматься. Гостей встретил на берегу. Приехала ещё одна компания рыбаков из Хону. Сегодня пятница, впереди выходные, вот народ и разъезжает по разным местам, с целью что-нибудь поймать. Но сейчас не лучшее время для рыбалки, рыба в верховьях рек, и спускаться вниз будет только ближе к осени. Тем не менее, все на что-то надеются. Впрочем, если сравнивать рыбалку здесь не в сезон и рыбалку где-нибудь в средней полосе в лучшее время, то средняя полоса всё равно проиграет.

    Гости на базе оставаться не намерены. После обязательного в таких случаях чая, обсуждения перспектив рыбалки и мониторинга рыбных мест, путём опроса Владика и Алика, отправились куда-то выше, ловить хариуса по ручьям. Владик и Алик, посмеиваясь, что самый рыбный ручей поблизости всё же не выдали, тоже начали собираться на Эрикит, проверять сети и ещё раз испытать рыбацкую удачу.

    Якутский дневник. 14-20 Июля

    Поехали на Эрикит.

    Кажется, у меня получается очень удачно сесть на хвоста. Могу уехать в посёлок на моторной лодке. Владик готов взять. Ребята собираются сегодня вечером уехать куда-то немного ниже, там у Владика избушка, а завтра уже ехать в посёлок. Это как раз получается 21-е июля, как и планировал.

    День сегодня выдался совершенно вялым и невыразительным. Небо закрылось неинтересной облачностью. Съёмки совсем никакой. Но находиться здесь приятно и комфортно по внутренним ощущениям. Лёгкая какая-то энергетика у этого места. Всё же две реки сходятся у подножия гор. Спится вообще замечательно. Мало мест, где у меня бывает хороший сон. А здесь так сладенько. А можно просто сидеть на скамейке и смотреть на берег реки или следить за трансформациями на небе, слушать звуки леса. Вот, кстати, не специалист в этом деле, но вроде в это время у кукушек уже должен закончиться брачный период и они умолкают. Так нет же, сегодня одна, и совсем неподалёку, ку-ку, да ку-ку. Хоть годы жизни загадывай.

    А друзья мои приехали только ночью. Увлеклись где-то рыбалкой, да и планы решили поменять. Поедем уже завтра утром. И действительно, зачем складываться-раскладываться лишний раз. Успеем и в избушке Владика побывать и к вечеру в Хону доедем.

    Якутский дневник. 14-20 Июля

    Так база выглядит со стороны реки. Весной вода поднимается под самый берег.

    Якутский дневник. 14-20 Июля

    Автор: СЕРГЕЙ КАРПУХИН

    Источник

     

    Похожие статьи:

    Попигайский кратер - по следам катастрофы. Часть 1.

    Попигайский кратер - по следам катастрофы. Часть 1.
     Кратер Попигай — метеоритный кратер в Сибири, в бассейне реки Попигай, делит четвёртое место в мире по размеру с кратером Маникуаган в Канаде.Диаметр кратера — около 100 км, расположен он на севере Сибири, частично в Красноярском крае, частично — в Якутии. Территория кратера практически не заселена, единственный населённый пункт — посёлок Попигай — находится в северо-западной части кратера на расстоянии около 30 км от его центра....

    Хребет Сунтар-Хаята. Фотоэкспедиция. Часть пятая.

    Хребет Сунтар-Хаята. Фотоэкспедиция. Часть пятая.
     Следующим днём первичные эмоции улеглись. Окружающий мир теперь воспринимался более взвешенно. Каждый из нас занимался своим делом. Виктор устраивал хозяйственные дела, а также изучал близлежащее пространство на предмет флоры и фауны. С фауной здесь оказалось не так богато. Всего одна утка на небольшом озерке, да и та близко не подпустила. Свежих следов крупного зверя не видно, наверное, все ушли ниже. Неподалёку в лесу есть следы стоянки оленеводов....

    Попигайский кратер - по следам катастрофы. Часть 2.

    Попигайский кратер - по следам катастрофы. Часть 2.
     Рассоха. В окрестностях нашего первого лагеря оказалось несколько озер, которые мы решили осмотреть на наличие гольца. В частности озеро Угун-Кюель, имеющее сток в Рассоху, давало все шансы стать гольцовым. На следующий день после нашего прибытия первым делом собрали лодки и опробовали моторы. Японская техника не подвела. В середине дня отправились на ближайшее озеро в 3,5 км от лагеря. На севере Анабарского плато древесной растительности значительно меньше чем южнее — в бассейне Котуйкана. Лиственничники в основном тянутся вдоль русла...

    Якутэтноэксп. Часть II

    Якутэтноэксп. Часть II
     Экспедиция не случайно была назначена на зиму. Дело в том, что зимой в Якутии все замерзает, включая реки. А реки являются единственным способом проехать между основными пунктами назначения. Реки зимой превращаются в дороги. Их чистят, на них ставят дорожные знаки. Зимой происходит «северный завоз» — доставка всех необходимых товаров, топлива, материалов на целый год.Весной дороги тают, а летом их просто нет. В некоторых местах летом работают понтонные переправы. Но наш маршрут летом был бы неосуществим. ...

    Хребет Сунтар-Хаята. Фотоэкспедиция. Часть четвёртая

    Хребет Сунтар-Хаята. Фотоэкспедиция. Часть четвёртая
     А вот от места ночёвки в кустах дальше совершенно открытое пространство. И погода, кажется, испортилась навсегда. Идём сквозь дождь со снегом. К середине дня дошли до поворота реки, напротив перевала на Тыры. Следы двух поляков постоянно встречались до этого места. Здесь ещё удалось нащипать веточек с кустов полярной берёзки и карликовой ивы. Благодаря заготовленным заранее сухим щепкам, получилось сотворить костёр. Дальше придётся обходиться без живого огня. Впереди кажущееся безжизненным пространство в каменном коридоре неглубокого...

    Хребет Сунтар-Хаята. Фотоэкспедиция. Часть третья.

    Хребет Сунтар-Хаята. Фотоэкспедиция. Часть третья.
     После Угамыта следующим значимым, и очень ожидаемым пунктом на пути, были указанные на карте избы. На карте их местоположение обозначено на нашем, левом берегу Сунтара, в двух километрах ниже устья левого его притока – Колтоко. Мы с вожделением шли к этим избам. Не делали днёвок, в надежде, что там есть баня и там можно полноценно отдохнуть. Похоже на ожидание большого праздника....
    наши друзья

    Округ-ТВ

    Информация

    Весь материал, представленный на сайте республика-саха-якутия.рф взят из открытых источников или прислан посетителями и авторами сайта. Материал используется исключительно в некоммерческих целях. Все права на публикуемые материалы принадлежат авторам. Если Вы являетесь автором материала или обладателем авторских прав на него и против его использования на сайте республика-саха-якутия.рф, пожалуйста, свяжитесь с нами через форму контактов.

    ПОЛИТИКА КОНФИДЕНЦИАЛЬНОСТИ

    Республика Саха Якутия © 2019